Защитник Брестской крепости 


С фотографии на карточке военнопленного на Александру Осадчук смотрит исхудавшее, но до боли родное лицо отца. Она знает его только по стертым от времени довоенным фото. Давно нет его стареньких родителей, так и ушла из жизни, не узнав всей правды, его вдова. Лишь семья младшей дочери, ни разу не видевшей отца, бережно хранит его письма и фотографии. Больше 70 лет родные считали его без вести пропавшим в 41-м году, а оказалось…

 Офицер Красной Армии Александр Попов

 

Будущий защитник Брестской крепости Александр Попов родился в 1913 году на моей малой родине – в маленькой, но красивой зауральской деревеньке Кислой. Моя девичья фамилия тоже Попова, и у нас с Александром Терентьевичем один предок. Наверное, поэтому я с особым трепетом рассказываю о судьбе фронтовика и его семье.

В 1935 году Александр был призван в Красную армию и навсегда связал свою судьбу с профессией военного. После окончания Минского пехотного училища участвовал в боях на Халхин-Голе. В марте 1941 года получил назначение в 125-й стрелковый полк 6-й Орловской Краснознаменной стрелковой дивизии Западного военного округа, расквартированный в Брестской крепости. Именно тогда и решилась его судьба.

Приехав к новому месту службы вместе с женой Татьяной Андреевной и дочкой Зиной, поселились в домах начальствующего состава на Северном острове. Через три месяца произошло вероломное нападение фашистской Германии на СССР, которое командир роты 125-го стрелкового полка встретил в составе гарнизона Брестской крепости.

Стояли насмерть

Его вдова Татьяна Андреевна ушла из жизни, так и не узнав всей правды о судьбе своего мужа. В 1966 году она вспоминала о пережитом: «…В субботу вечером, 21 июня 1941 года, мы пошли с мужем в кинотеатр, однако сеанс не состоялся: не было электрического света. Мы вернулись домой, в квартире света также не оказалось. На рассвете нас разбудил толчок, от которого затрясся дом. Из окон вылетали стекла, звенела посуда, кругом выло, грохотало: в крепости рвались снаряды.

– Началась война! – одеваясь, проговорил муж. Я схватила на руки дочь, и мы побежали в укрытие, где уже собрались семьи военнослужащих. По дороге осколком снаряда Зину ранило в ногу.

– Я побежал в роту, – проговорил муж и бросился через площадь в казарму.

Больше мы с ним не виделись. Уже много лет спустя, после войны, я узнала, что рота, которой командовал Саша, с боем вышла из Брестской крепости, но из окружения, к своим частям удалось прорваться только троим. Все они были ранены.

Мы, семьи офицеров, три дня оставались без пищи и воды. Бои не прекращались ни днем, ни ночью – наши мужья стояли насмерть. Позднее мы попали к немцам в плен.

До июня 1944 года я и мои дочери Зина и Александра, родившаяся уже в фашистском плену, жили на оккупированной территории, скрывались по глухим деревушкам и лесам. После того, как Советская армия освободила Бобруйскую область, мы вернулись в родную деревню…»

Женщинам, чьи мужья пришли с фронта, было легче. Одиночкам с малыми детьми на руках выпала горькая доля – самая тяжелая работа легла на их плечи. Дети, как могли, помогали своим мамам. Восьмилетней девчонкой младшая дочка, названная в честь отца, уже доила коров. Летом девочки собирали колоски, пилили дрова, убирали сено, работали на токах во время уборки зерна, копали картошку. Трудились с раннего утра и до поздней ночи.

Сегодня Александра Александровна Осадчук живет в Челябинске.

– Папу я никогда не видела, но всю жизнь его любила и ждала, – вспоминает младшая дочь. –  В детстве, когда заходила домой, ловила себя на мысли: вдруг папа дома, вернулся с фронта живой, здоровый. Мне так хотелось крикнуть: «Папа!» – как делали все дети, у которых были отцы…

 Карточка военнопленного 

 

Причина не указана

Благодаря сохранившимся документам, письмам, но главное – немецкой карточке военнопленного, обнаруженной на сайте ОБД «Мемориал», удалось установить дальнейшую судьбу Александра Терентьевича Попова после выхода из окружения под Брестом.

Согласно немецким записям на карточке военнопленного, 23 сентября 1942 года у Александра Терентьевича было зафиксировано легочное заболевание. Несмотря на это, 7 октября и 9 ноября его направляли на разные работы, в том числе и в шахту, что позволяет предположить пометка на немецком языке «в гору». Умер военнопленный 11 марта 1943 года, причина смерти не указана. Так, спустя десятилетия родные узнали, что прах их отца, деда и прадеда, защитника Брестской крепости покоится в саксонской земле…

В письмах Александра Терентьевича к родителям в полной мере отражены страх мужа и отца за потерявшуюся в хаосе 41-го года семью, сыновняя любовь к старикам, тоска по мирному времени и безоглядная вера в победу над врагом.

Из архивных документов
Со второй половины июля 1941 года А. Т. Попов сражался в должности командира взвода 3-й роты 720-го стрелкового полка 162-й стрелковой дивизии. В боях под Вязьмой 9 августа 1941 года был ранен в ногу и находился на лечении в полевом госпитале, а затем в санатории города Калуги. Приказом Западного фронта № 223 от 19 октября 1941 года был назначен командиром роты мотострелкового пульбатальона 147-й танковой бригады. 10 октября 1941 года пленен под Вязьмой и отправлен в концлагерь немецкого города Торгау (Саксония).

Юлия СИДАРЮК

Фото из семейного архива Александры Осадчук

Баннер