«Хотелось бы мне, милые родители, поработать возле вас», – писал с фронта гвардии лейтенант Юрий Бобров

Статьи / Авто 20 мая 2016 421

Так легко себе это представить…было четверо детей. Дочери – Людмила, Гера, Лиля, и сын Юрий. Дочерей звали по именам, а единственного сына – просто «мальчик». Но при таком раскладе он, любимец родителей и сестер, рос совсем не избалованным. Первый помощник матери, учился хорошо и легко, много читал. Спортивный и ловкий – бабушка рассказывала, как мастерски он крутил «солнце» на турнике. Эта картинка отпечаталась в ее памяти на всю жизнь… А еще, когда она говорила о каком-то ярком, обаятельном человеке, часто добавляла: «Как наш Юра». Именно из-за него дом был центром притяжения для детворы, а потом и подростков со всей округи.

Таким сестра Людмила, моя бабушка, как и все, кто остался в родном Куйбышеве, его и запомнили. В 1941-м ему исполнилось 18 лет, его призвали в армию. Как и хотел, Юра попал в кавалерийское училище.

Первое из его писем написано оттуда.

«Я жив и здоров, как обычно. Из новостей самое главное то, что 1 февраля будет выпуск. Приказ о нем уже подписан Сталиным. Были тактические учения: 25 км на конях и 5 км бегом. Наступали…

А следующая новость такого порядка – я получил твою посылку, милая мама. Благодарю, очень и очень благодарю! В телогрейке я уже не мерзну, как воробей. Она очень теплая… В общем, 27 января я держу экзамен на лейтенанта нашей доблестной Красной армии. Каково?

Привет милому папочке! Как он поживает? Больно сухие и деловые письма он пишет. Хотелось бы мне, милые родители, передать всё на деле. Поработать бы возле вас! Но еще увидимся.

Целую. Ваш «мальчик».

Это единственное достаточно длинное письмо. В следующем он с гордостью пишет, что после экзамена его оставили в гвардии. Ему всего 19, но теперь он лейтенант, командир! Может, поэтому все остальные 15 писем от него такие короткие и сдержанные? Он больше спрашивает – о здоровье родителей, о том, как им живется. Беспокоится о сестре «Людмилке», которая еще до войны уехала учиться в Ленинград, теперь оказавшийся в кольце блокады.

«Я жив и здоров. Не обижайтесь, что редко пишу. Некогда. Ожидаем, что ко дню рождения нашей Родины – Великим торжествам Октября – мы всё же должны сделать фрицам «обрубание», да такое, чтобы они надолго запомнили! Как девочки? Людмилка, Гера, Лиля? Наверное, когда вернусь, не узнаю их. Всем пламенный командирский привет».

Так Юра скрывал свою тоску по дому, а они – смертельный страх за его жизнь, и каждый старался вселить в другого уверенность, что ничего плохого не должно случиться.

В начале 43-го он был ранен в ногу, в госпиталях пробыл около трех месяцев. В письме никаких подробностей, но ясно, что ранение получил во время ходки в тыл врага.

«Мы были у фрицев и били их. Не беспокойтесь обо мне, жив и здоров благодаря заботе нашей Родины. Тяжелые дни остались позади. Привет родным. Бабушке поклон».

Из переписки видно, что он продолжал так же живо интересоваться домашними новостями, словно и не разделяли его с домом тысячи километров и война. Даже в свое отсутствие Юра оставался главным – после отца, мужчиной в семье, к которому прислушивались, ждали его совета, участия.

Вот письмо Юре от мамы.

«Здравствуй, мой дорогой мальчик! Я давно не писала тебе сама, некогда, очень много работы, а по дому я уж не успеваю, всё хозяйство на Гере. Собираем тебе посылочку. Как ты себя чувствуешь там, отпиши в свободную минутку. Будь здоров, мой милый, мы все очень по тебе соскучились, но не теряем надежды видеть тебя живого и здорового, как всегда. О нас не думай, у нас всё благополучно. Овощей и дров на зиму заготовили, всё идет по-старому, только тебя нет. Мы купили патефон, так что вечером девочки танцуют. Пиши, будь здоров». И здесь же, внизу, карандашом приписка от отца: «Сыночек мой милый, где ты сейчас? В письме напиши хоть направление. Ждем окончания войны и твоего возвращения с победой. Целую крепко. Твой папка».

От Юрия:

«Здравствуйте, дорогие родители и сестренки! Не упрекайте меня, что редко пишу. Видно, письма теряются. Но вы не беспокойтесь и поймите, что я нахожусь в такой обстановке, когда писать невозможно, а тем более пересылать написанное. Мы наступаем. Вы поймете.

…Очень рад, что Люся уже врач. Теперь встает вопрос о Гере. Куда поступать? Конечно, в авиационный институт. Властелин воздуха! Как звучит! Как поживает Лиля? Здравствуй, сестричка моя милая! Как я по тебе соскучился!.. Я после войны тоже хочу поступить в мед. Академию.

Пишите мне. Очень жду ваших писем. Не волнуйтесь обо мне. Я вернусь. Ваш Юра».

Последнее письмо получили от него летом 43-го. В феврале 44-го пришла «похоронка», где было написано, что «гвардии старший лейтенант Юрий Бобров погиб смертью храбрых и награжден посмертно орденом Отечественной войны I степени».

Получив страшное известие, отец потерял слух, мать тяжело и долго болела. От этой потери они так никогда по-настоящему и не оправились. Я помню их глубокими стариками, которые часами молча сидели в своей комнате, где на стене висел портрет 19-летнего кавалериста…

Из наградного листа

В ночь с 4 на 5 февраля 1944 года тов. Бобров со своим взводом автоматчиков получил задачу до рассвета оседлать высоту и дорогу, идущую из г. Златополь в село Липянка Кировоградской области, и находясь в боевом охранении, не пропустить противника к линии обороны. С рассветом на оборону взвода двинулось три тяжелых немецких танка типа «Тигр» и шесть бронетранспортеров с пехотой. Бобров вызвал минометный огонь, одновременно бойцы взвода из всех видов оружия открыли огонь по бронетранспортерам, против танков были пущены гранаты. Немцы не выдержали сильного огня, откатились обратно. Так в течение всего дня 5 февраля 1944 года взвод тов. Боброва мужественно отбил несколько танковых атак противника, не уступив врагу занятой обороны. Большинство бобровцев погибло в этих неравных боях. Погиб и сам тов. Бобров. Но бобровцы не пропустили врага. В 60-х годах московский клуб «Поиск» и его юные следопыты помогли отыскать могилу. Как выяснилось, местом гибели Юрия стало село Липянка Шполянского района Черкасской области Украины. Как сообщал председатель сельсовета, там много захоронений воинов, и все они, в том числе и могила Юрия Боброва, ухожены, церковь тоже взяла шефство и не один раз отпела павших за Родину. Писали дети и из села Листопадово Кировоградской области о том, что их пионерская дружина носит имя героя войны Юрия Боброва. А в Самаре (бывшем Куйбышеве) его именем названа школа, в которой он учился. Сестра Людмила вышла замуж и родила сына, моего отца, которого назвала в честь погибшего брата.

Точной цифры потерь в Великой Отечественной войне нет. Говорят о 22, 27 миллионах. Юрий Бобров – один из многих, кого оплакивали родные и близкие. Для тех, кто его любил, – единственный…

 

Фото из личного архива автора

Екатерина САПАРОВСКАЯ

Баннер